Психолог Киев {literal} {/literal}

Еще немного о смысле жизни и смерти

» Опубликовано May 3, 2013 в Смысл жизни | Comments Off

Еще немного о смысле жизни и смерти

А мое лекарство врачует не один недуг, а все сразу.
Вот оно: презирай смерть!
(Сенека)

(Решил поделиться небольшими фрагментами из старой психологической переписки и подобранными видео-материалами, 2012-ый год)

…так ведь это хорошо, что мы встретились с тобой тогда. В прошлом году, на похоронах, у меня было такое чувство, что вместе с К. в землю я похоронил кусочек собственной души.

Старый принцип – сапожник всегда ходит без сапог. Так часто привыкаешь работать с людьми, что совсем забываешь… о собственной гармонии. Но поле боя не прощает небрежности, пусть даже и обращенной к себе вовнутрь.

И тогда приходится узнавать власть личного бессознательного. А в сумерках… в сумерках приходят чужие Тени: отец-насильник; отчим-тиран; мать-алкоголичка; первый любовник-нарцисс, требующий аборта; гулящая жена; угроза суицида на глазах у родственников; муж-обманщик…

Число им – легион. И тогда возникает мысль, что все это – напрасно, падают защитные барьеры. Отчаяние – самое подходящее слово. С какой скоростью ты бы не вычерпывал морскую воду, а пробоина насчитывает в диаметре десятки метров, и корабль тонет… и начинаешь понимать мысль, безумную по своей силе: «А ведь всех не спасти! Так зачем все это?»

…давно замечал в настроении движение маятника. «Перебрав» негатива попадаю в «воздушную яму», «штопор» из которого, кажется, выбраться так трудно. Не спасает аутотренинг, и виски в теплой компании не приносит ничего, кроме пустоты, хоть и может питься литрами (спасибо хорошей наследственности и крепким нервам).

Лучшее лекарство для человека – это другой человек.

Здесь осознаешь собственное одиночество. Равно как и боль одиночества всех тех, кто приходит к тебе. А ведь ключ к решению всего один: надо, чтобы было по-разному. В работе, в личной жизни, в хобби. Потому что у судьбы в руке всегда несколько спичек, и если даже ты вытаскиваешь короткую, то нужно помнить, что длинная всегда рядом… просто нужно уметь ее разглядеть.

Затем приходит опустошение. А опустошение рождает тревогу и тогда исчезает сон. В такие моменты, обычно, спасает музыка. От воспоминаний о первой клиентской истории, когда кажется, что: «вот оно, хуже не бывает!», а затем узнаешь – «бывает еще и гораздо хуже!»

Белой звёздочкой во лбу
Облака – коней табун -
Идут грозой.
Мчатся кони по небу,
Мчатся кони по небу с тобой.
Будем мы искать тебя
В неба синей скатерти -
Там теперь твой дом.
К самолётам рейсовым
Прилетай, погреешься,
Мы ждём.
(А. Розенбаум)

После этого приходит зависть: «И ведь где-то есть и люди, у которых, наверное, все хорошо! Вот только где они?» И что с ними делать или о чем говорить ты уже не понимаешь… потому что давно утратил собственную Тень и в чем-то даже теряешь себя. Хотя если заглянуть под внешнюю маску, то понимаешь, что завидовать некому и нечему – в каждом доме, внешне даже благополучном, “по кому”.

…и мне так безумно не хватало этой нашей встречи с тобой, но понял я это уже потом. Может быть, для того, чтобы исцелить старые раны. Даже не до конца проработанные. Потому что именно это стало новой точкой силы и осмысления кризисов, позволивших перейти на новый этап.

…К. жила очень светло и уходила также. Перед самой ее смертью мне приснился сон – не верю во всю мистическую чепуху, которую нам навязывают, это был просто «выброс» из подсознания, которое на много порядков и миллионы лет своего развития «круче» чем сознательный ум.

Спускаемся с К. в переход на Шулявке, через проспект Победы. Идем вместе и она рядом, тоненькая, совсем светлая… а на выходе, уже перед ступеньками – смотрит на меня и отходит в сторону. Совсем-совсем куда-то в бок и как бы исчезает, я этого не вижу, но понимаю, что ее уже нет рядом. Нет и никогда больше не будет.

А в серое небо за новостройками (помнишь, в «Сегодня» писали, как горел когда-то облицовочный материал на одном из домов) в небо бьет игла света. И я иду в ту сторону, а потом просыпаюсь… дальше уже ничего не вспомнил.

Вот так она ушла для меня, но передать успела немало даже за такой короткий срок:

Надвременностью духа жизнь мудра:
в ней есть передавание добра.

Раскаявшись, какой-нибудь вандал
мне сквозь столетья совесть передал.

Мне передал Распятый на кресте
Отца в осиротевшей высоте.

Мне передал, быть может, древний грек
свою улыбку, добрый человек.

А римский раб мне передал горбом:
«Я был рабом, но ты не будь рабом».

Мне князь Мстислав, который был удал,
к лежачим состраданье передал,

И Ярославна, плача на стене,
передала свою слезинку мне.

Чалдонки из родной моей Зимы
мне передали боль, как соль земли,

и за меня погибшие в бою
мне передали Родину мою.

Я сделан, как из братского ребра,
из ближнего и дальнего добра.

Глаза детей и во поле кресты
меня спасали от недоброты.

Когда-нибудь, когда не будет нас,
хочу, чтобы и я кого-то спас,

оставшись главным златом –
серебром –
мне переданным в даль веков добром.
(Евгений Евтушенко)

В этом и есть, наверное, один из смыслов нашего ухода – успеть передать что-то очень важное другим. И тогда становится совсем неважно, сколько прожито и настолько «насыщенной» была жизнь.

- Что бы ты сделала, если бы жить оставалось меньше минуты?
- Использовала бы каждую секунду.
(«Исходный код»)

О, как я поздно понял, зачем я существую,
Зачем гоняет сердце по жилам кровь живую,

И что, порой, напрасно, давал страстям улечься,
И что нельзя беречься, и что нельзя беречься…
(Давид Самойлов)





Просмотров заметки: 2,346
Популярные: